2011 09 07 КП-Украина: интервью «Отстаиваю решения с боем»

Корреспондент — Цыбанева Светлана

«КОГДА ТЫ СТОИШЬ НА СЦЕНЕ, СЛОВО «ИГРА» ЗАБЫВАЕТСЯ»

— Диана, учитель бывшим не бывает (как известно, Арбенина по образованию педагог. — Прим. авт.). Тренер — это тоже в чем-то учитель. Какие есть в вашей деятельности на проекте плюсы и минусы?

— Начнем с позитива. Во-первых, поняла, что самое главное в жизни — себя отдавать. А это и есть амплуа тренера. На этом поприще я себя еще не пробовала. Мне кажется, я могу вселять в людей уверенность, кураж. У меня ведь действительно лучшая команда! Я такая скромная (смеется).

— Это всем понятно…

— Ну а что? Я действительно отдаю себя, отдаю свою энергию. Это же очень важно! Раньше я думала, что самое главное — не изменять себе, писать песни и родить детей. И вот это со мной произошло. Но роль учителя — это безостановочное самопожертвование. От тебя вообще ничего не остается. А что касается минусов — никогда невозможно достичь совершенства. Хочется, чтобы ребята стали еще лучше. Я над этим работаю, пытаюсь в них это все «вкачать».

— Готовы пройти через это еще раз?

— Пойти в школу работать? (Смеется.) У меня была учительская практика с группой голландцев! Но они себя очень классно вели. Чувствовали, что мне не соврешь. В результате удалось их кое-чему научить. Не знаю по поводу повторений… Очень тяжело, проект еще идет, ребята все еще продолжают вылетать… И вся эта невозвратимость присутствует. Очень сложно.

— Мне кажется, вы держите ребят возле себя даже после окончания шоу.

— Действительно, я им говорю, что они никуда не пропадают после проекта. Но все-таки, когда они выходят из этой «матрицы», чувствуют себя в какой-то момент потерянными, потому что верят в эту историю так же свято, как и я. Несмотря на то что все прекрасно понимают, что это — игра. Но почему-то, когда ты стоишь на сцене, слово «игра» забывается.

«ОТ МЕНЯ УЖЕ НИЧЕГО НЕ ЗАВИСИТ»

— Дальше всех в проекте прошли Ваня Ганзера и Наташа Гордиенко, которая спела «Червону руту», хотя многие говорили, что это совсем не ее песня…

— Да, теперь мне не надо решать, кого оставлять, а кого нет. От меня уже ничего не зависит. Но мне очень близка та Украина, которая присутствует в лице Ганзеры. И в лице Гордиенко, которая поет «Червону руту». Тут не надо мыслить форматом: если человек поет в классической фольклорной манере, значит, он — «справжній українець». Это неправильно. Украина — разная, она многолика.

— Вы так яростно защищаете Украину…

— Я защищаю людей. Потому что Гордиенко ходит по улицам и любит эту страну так же, как любят ее люди, которые постоянно поют украинский фольклор. Почему ей нужно в этом отказывать? Почему она должна постоянно петь Pink или Led Zeppelin? Она может петь все что угодно! Причем она с этой песней росла, и никто ей этого не навязывал.

— Формат программы предполагает, что «каждый должен показать себя в разных амплуа». Но когда человек начинает экспериментировать, ему говорят: «А зачем ты пошел в другой жанр? Ты был лучше в том…»

— Если мой конкурсант чувствует необходимость эксперимента, я ему это позволяю, более того, провоцирую. Но без «ослиных ушей». Это значит, что человеку извне пришло решение петь не свою песню. Это всегда видно. То есть я апеллирую к посылу. Вот поэтому поем «Гудбай, Америка» или «Миллион алых роз».

— Мне кажется, вы привыкли к постоянной борьбе за свое мнение.

— Знаете, каждый раз — как первый. Просто очень сложно объяснять людям, что нужно сделать именно так, потому что нужно сделать именно так. А потом, когда все-таки я добиваюсь своего и страна слышит, как Гордиенко поет «Миллион алых роз», им это нравится!

— Вы говорили на своем дне рождения, что на проекте вам разрешают делать то, что хотите. Изменилось ли это?

— Конечно. Меня не выделяют и относятся абсолютно ровно. Мне не потакают. И что касается, повторяю, решений, то я их принимаю зачастую с боем.

07.09.2011