Фанни

Ответы в темах

Просмотр 13 сообщений - с 1 по 13 (из 13 всего)
  • Автор
    Сообщения
  • Фанни
    Хранитель

    Еще одну небольшую рецензию на «Завтра» передала для нашего сайта новый автор — Оксана Чуева

    ***
    Я в отстающих, только недавно послушала альбом. Мне очень понравился.

    Это не Привыкай, не Ветер с полей или К слову жизнь, которые мне не нравятся категорически.

    Я его слушала в отрыве от канона, личности Светы и анализа текстов. Я не критик, я просто слушательница и эмоциональный отклик у меня мощный.

    Сложновато описать ощущения, но на меня альбом действует очищающе: как будто музыка и голос Светы пробуждают мою теневую сторону, дают ей пространство развернуться, быть проявленной. Пока играет Завтра, моя внутренняя ведьма водит хороводы вокруг костра, выкрикивая и вытанцовывая все подавленные эмоции. Это ж чистый кайф — слушать такую музыку, которая распускает внутренние узелки/ разжимает пружину. Кровоток и Флюгер хочется петь во всю мощь, что тоже имеет для меня освобождающий эффект. В общем, для меня альбом очень сургановский — идет потоком, влияя на мое чувствилище, уносит с собой, не спрашивая разрешения, а отпуская, рождает освобождение.

    Фанни
    Хранитель

    Татьяна Алексеева

    ПОЛЁТ СТРЕЛЫ

    (об альбоме С.Сургановой «Завтра»)

    Если в первом альбоме Светланы Сургановой «Всё будет» песенный сюжет как бы раскручивался по спирали и очерчивал окружность – мишень, то «Завтра» – стрела, летящая в цель. Мишень и стрела – едины, созданы друг для друга. Но неудержимый полёт стрелы сквозь поющий и отзывчивый воздух прекрасен сам по себе.

    Главное ощущение от альбома – это прорыв, пробивание рубежа, преграды – и обретение свободы, открытие новых возможностей. В итоге взрыв эмоций оборачивается фейерверком.

    Вместе с музыкой в альбоме царствует Театр – но не реалистичный театр, не психологический, а скорее, театр марионеток и масок, отзвук комедии дель арте, театр представления. Первый альбом органично включал стихи Цветаевой (из цикла «Подруга»), а здесь ассоциативно вспоминается «Балаганчик» А.Блока. Да и сама давняя театральная традиция представлять сильные и драматичные эмоции в оболочке сарказма, самоиронии, чёрного юмора и игры…. Использование масок в игре, казалось бы, отрицает реальность и истинность драмы – но этим и заостряет её.

    О самых страшных вещах – смертельных границах, переходах, разрывах, разочарованиях и утратах – песни рассказывают так, словно в игру вступил космический режиссёр, небесный игрок и создатель пьесы. Всё происходящее подаётся с изрядной внутренней
    дистанции. Именно она позволяет собирать кусочки собственной судьбы как пазлы, перетасовывая их и нащупывая скрытую драматургию. Игровая лёгкость и отстранённость от реальных событий превращает жизненные сюжеты в топливо для творчества. Такую свободу от внешних событий даёт лишь бесстрашие встретиться с собой. Мужество просто быть, отбросив образ «себя-хорошего», способность принять себя целиком – со всеми хрупкими и колючими гранями, с непознанными и тёмными глубинами («Кольчуга»).

    Смыслы и сюжеты в песнях спрессованы в метафоры (особенно хорошо это видно в таких песнях, как «Флюгер», «Куратор», «Пазлы»). От реалистичных сюжетов остались лишь фрагменты – по ним и угадывается сама история. Сурганова движется от сюжета – к энергии. Чем дольше слушаешь альбом, тем глубже воспринимаешь метафоры, проникаешься ими – и прорываешься к чистой энергии. Изумляешься дару и способности создателя и исполнителя песен управлять энергией – умело серфить на её волнах, усиливать её и сливаться с ней, быть с эмоциями и энергией – заодно.

    Потому и время в альбоме не линейно – оно завихряется, взлетает ввысь, подобно акробату, вращается вокруг невидимой оси. Песня «Флюгер» – точка его разворота. Мир устремляется в обратную сторону – «цели летят к мишеням молочным», ход событий запускается против часовой стрелки. Всё теперь движется наоборот, к истоку, вокруг стрелки-стрелы, прикрученной к мишени-циферблату. Часовой циферблат привычно определяет ход нашей жизни, но в песнях всё оказывается иначе…

    Время – главный герой альбома «Завтра». Исходная точка отсчета – традиционный образ линейного времени. Его господство заявлено в первой же песне альбома («Шила осень») – как направление пути от начала к итогу, от юности к старости. Но с каждой песней усиливается тема разворота, возможности запустить движение вспять, найти свой ритм и противостоять механическому времени. Стоит решить, понять, почувствовать, что время подобно флюгеру и подчиняется свободному выбору, – и человек выбирается из жесткой и прямолинейной колеи, спрыгивает на ходу с поезда.

    Объект иронии и насмешливой игры в песнях – бесплодные иллюзии, фантазии о «прекрасном будущем», ожидание лучшего, мечты о безмятежности. Альбом «Завтра» – отрыв от всех обманчивых иллюзий, от расслабленности, в которую впадаешь, теша себя ложными надеждами. Фантазийного будущего нет. Есть только момент настоящего – всё, что даровано прямо сейчас. Или, как пелось в известной советской песне: «Есть только миг в этом мире бушующем. Именно он называется – жизнь…» Но расслабленно-гармоничные ритмы советских песен, напоминающие ласковый морской прибой, остались в прошлом. Им отдана дань в дивной ностальгической миниатюре «Акварель» – в первом альбоме «Всё будет».

    А в альбоме «Завтра» о мгновении длящейся жизни сказано максимально жёстко. Мир изменился, он вращается на технических сверхскоростях, несётся стремительно сквозь пространство. Счётчик щёлкает – вместе с часовыми стрелками и автоматическими дверями. Тем труднее поймать мимолётный миг радости и свободы, тем сложнее встретиться близким людям, тем проще слиться с социальной маской, забыв о лице.

    Мишень для стрелы – само «завтра», которого нет. «Завтра» в альбоме (и в сознании людей) – сладкое обещание, смутно мерцающая вдали звезда, повод для надежд. И одновременно – обманка, уничтожаемая отрицанием, игрой и смехом. Песня, давшая название альбому, – вроде фитиля, подрывающего бомбу. Кажется, что это чистый балаганчик, стёб, насмешка над людьми-марионетками. Их дёргают за ниточки их же собственные ожидания и фантазии. Ими управляет мечта о счастливом «завтра», когда всё волшебно само собой переменится, – не личная, а всеобщая. В песне она разрослась до масштабов страны, раскинулась за пределы горизонта.

    Разворот, преображение происходит и с любовными историями. В комедии дель арте – традиционной комедии масок – подобные сюжеты были из ведущих. Тягучий и вечно возрождающийся треугольник Пьеро, Арлекина и Коломбины помнится по сей день, оживает то в песнях и стихах, то в живописи, то в пьесах. Есть его привкус и в альбоме «Завтра». В песне «Трюкачи» само название, а вслед за ним и песенный сюжет, адресует нас к раскованной любовной игре и телесной ловкости, а не к сердцу. Вся нежность влюблённого сердца и песенная лирика, казалось бы, остались в первом альбоме «Всё будет». Но как флюгер в альбоме «Завтра» способен развернуться от покорности ветру к самостийности, а часовая стрелка – изменить ход на циферблате, так и акробатическая лихость любовной игры к финалу альбома преображается в язык чувства. В «Катапульте» уже намечен контраст и конфликт между искренностью – и бодрой повторяемостью однообразных сюжетов.

    «Мыльных пузырей обиды выдыхаю ранним утром.
    Наш любовный треугольник превращается в Бермуды.
    Ну, а жизнь аттракционом всё быстрей летит и кружит,
    День за днём традиционно в колею врезаясь глубже»

    Ну, и дальше следует то, что снова и снова случается с «каждым» и у «каждого». Но в этой же песне привычный напор однообразных событий вдруг разворачивается волной воздушного потока – как с треском раскрывается над головой парашют.

    «Отключаю алгоритмы – катапульта мне в подмогу.
    Парашют уже не нужен – отдаю себя потоку»

    Найден – проявлен – заявлен свой личный, особенный способ жизни и отношений: «отдаю себя потоку». Здесь стрела, пробивающая цель, обретает вес и тяжесть катапульты – иначе не сдвинуть железный заслон запретов и предписаний.

    Снова точка преображения, разворота. Но уже не в отношениях со временем и общественными стереотипами, а в отношениях с близким человеком. В следующей песне – «Фланель» – механические образы, среди которых вынуждены жить люди, впервые сменяются живыми, природными. Открываются «двери сердца», появляется море, киты, облака, окутывающая нежность и мягкость ночи. Влюблённые акробаты теперь сродни уже не «трюкачам», а коту, нугой растянувшемуся на крыше, – его бескорыстной телесной свободе, естественной и непредсказуемой.

    Алгоритмы отключаются, «куратор» (внутренний судья) разоблачён и отодвинут в сторону, не имеет прежней власти управлять состоянием, мыслями, чувствами.

    «Вот-вот плотину прорвёт,
    прибудет вода, большая вода
    из пепла и льда»

    – это обещание звучит в середине альбома, но к финалу оно становится реальностью. Большое время вечности («навеки вместе») сливается с мгновением встречи, а эмоции взрываются фейерверком. Нет никакого «завтра» и «вчера». Хотя природа, которая впервые появляется в альбоме в песне «Фланель», знает и зиму, и осень, и опустошённость, и дожди (льющиеся сквозь музыку в первом альбоме «Всё будет»). Но для играющего ребёнка, творца, музыканта есть только «сейчас» – со всеми его возможностями и даром расцвечивать мир воображением.

    В финальных песнях обе половины, обе части двойного альбома собираются воедино, как и само название: «Всё будет завтра». Слово наконец очищено от иллюзий, обретает новое звучание и заряд: теперь «завтра» – не пустая надежда, но творческая возможность. Песня «Пазлы» именно об этом – об открытых путях и возможностях. Когда жизненные сюжеты перетасованы и осмыслены, видна логика движения, прорыв к подлинности, к правде своей натуры.

    В финале альбома действительно «все пазлы сложились» – в итоге игра растворяется в жизни, служит ей, заряжает энергией. И время совсем не обязательно должно течь только в одну сторону, как река. Оно может изливаться и по-другому – фонтаном, разлетаясь непокорными брызгами сразу во все стороны.

    В песнях альбома недаром мерцает образ аттракциона, трюкачей, акробатов, цирка. Создателю песен близка тяга к театральной игре масок, к обманчивому волшебству сцены, уверенная лихость и ловкость жонглёра… Но изнутри словно пробивает и набирает силу исток живой воды, очищенной от всего накопившегося. Вместо потока, когда-то замусоренного лишним, чужим, наносным, пробивается энергия первозданного, «своего» импульса. Отсюда и предвкушение творчества, новых находок, предчувствие нового голоса:

    «Тишины избытки тают на обветренных губах…»

    После жестокого противостояния со стереотипами, линейной логикой и давящей, навязчивой, обвиняющей волей «куратора», в финальной песне возвращается кружевная лёгкость (которой так много в первом альбоме «Всё будет»). На пути к ней, ради её обретения, в альбоме «Завтра» и запущен обратный ход времени, а с ним приходит весна, надежда, образы обновления:

    «всё, что важно снова
    обретает слово»,
    «грачи прилетели, намокли холсты»

    В альбоме мощно раскрылась энергия «воина», свойственная Светлане Сургановой. Причем не только в звучании, создании, в исполнительстве песен, но и как воля режиссёра, запустившего пьесу, приведшего в движение все куклы, марионеток, звуки, сюжеты, освещение, сценический антураж, – ради того, чтобы маски и ярлыки были сорваны, отброшены прочь, а голос заново обрёл силу. Голос не вокальный даже, а голос духа, сердца…

    Многоликая, пластичная и разнообразная музыка создаёт уникальное звучание каждой песни, раскрывает её точно и ярко, для каждой песни находит свои особенные краски. Для слушателя это – чистое наслаждение. И отдаваться музыкальному потоку, творимому музыкантами группы «Сурганова и Оркестр», – всё равно что быть подхваченным тем потоком силы и свободы, для которого «парашют уже не нужен».

    В творчестве, в песнях «Сургановой и Оркестра» музыка всегда подчинена смыслу, его раскрытию в полноте. В каждой песне возникает своеобразное музыкальное пространство, внутри которого оживает сюжет, песенная пьеса. Музыка способна создавать природную среду – проливаться дождём, дышать весенней свежестью или тишиной ночи, взлетать вместе с волнами и взволнованно стучать словно сердце.

    Вот только для меня остаётся вопросом:
    музыка в песнях Светланы Сургановой подчинена смыслу, служит ему?
    Или он в ней – и благодаря ей – рождается?

    Хотя вряд ли их можно разделить – постигаемый смысл событий, тончайшую ткань переживаний, и их музыкальное воплощение. Как стрелу, летящую сквозь пространство, не отделить от мишени.

    Фанни
    Хранитель

    И еще несколько мини-рецензий от наших читателей в инстаграме!

    _bezobraznaya_elza_

    Еду в Сапсане на концерт одного снайпера и слушаю альбом другого😝 перекличка продолжается и не только в событиях. Пасхалок море — кафка, капля дегтя, киты, ледокол…еще и Зе приветы. Хорошая работа, цельная ( даже Флюгер у меня вписался, отдельно не шел), и радостно, что тексты Светины. Поздравляю СиО❤️

    hugggeee

    Послушала. Альбом прекрасен, хотя, если честно, я не возлагала на него больших надежд, т.к. первая часть мне вообще не зашла. Но здесь нравится то, что Света не шепчет, а поёт, что она поёт свободно и мощно. Звучание тяжёлое, молодцы СиО.
    Особенно понравилась «Кольчуга», для меня номер 1.

    ischezaushchiy_vid

    В этой части альбома, да и в альбоме в целом, нельзя рассматривать песни в отдельности друг от друга, каждую, как отдельно взятое произведение. Это поступательная и целостная смысловая последовательность состояния души автора.
    Попробуйте именно так посмотреть на альбом.)))
    «Пазлы» должны сложиться

    bulle_dom

    Делюсь самым первым впечатлением. Мне кажется, это иная стадия в истории СиО. Не выше, не ниже, а по-другому. Света избавила нас в этой части от мертвецов из прошлого. Да, есть Кровоток. Он звучит не так разухабисто, как Перрон, но, в любом случае, не суицидально-депрессивно. Альбом жизнеутверждающий. Про жизнь сегодня, а не когда-то в прошлом и не когда-нибудь в будущем. Светин герой живой, позитивный, принимающий окружающий мир таким, каков он есть. Хорошая задумка с участием Насти Полевой. Она работала на диссонансе со светиным героем и отражала своим демоническим голосом такую составляющую современного мира и окружения героя как бесы и фрики. Пройдет неделя, месяц, и, скорее всего, альбом заиграет новыми красками, ибо у СиО музыка и тексты с каждым новым прослушиванием открываются с новой, ранее не изведаной стороны.

    litseia108

    А что, бодро и задорно, мне в целом нравится, такой Светин мир… Кольчуга да, интересная, Катапульта, за фразу «вот-вот плотину прорвет» Куратор… ну Флюгер конечно на первом месте как у многих, может потому что мы его уже выучили) разобрались наконец вместе со стариком Фрейдом с розовыми грифами, пальцами, звездами, мышами, куклами и прочим 😉 поэтому подпеваем и хлопаем в ладоши). Из минусов — я из тех кто бы поубирал бэки и очень очень мешает мне чужой голос (при всем уважении)не могу поэтому Завтра вообще слушать.

    в ответ на: Свобода (1997) #14318
    Фанни
    Хранитель

    Назван по ошибке.
    На самом деле, «Свобода» — это был какой-то неизвестный, не дошедший до нас сборник песен примерно того же времени (1996-97 гг), о котором было упомянуто в каком-то из старых интервью. Вероятно, название перешло к «Домашним и студийным записям» только потому что среди записанных там песен тоже была «Свобода».

    Фанни
    Хранитель

    Татьяна Алексеева
    НЕВЕСОМОСТЬ
    (об альбоме С. Сургановой «Всё будет»)

    Я долго вслушивалась в этот альбом – он необычно устроен. Похож на маленький космос, где всё раскручивается по спирали вокруг центра и возвращается на орбиту, чтобы запуститься заново… Каждая песня – словно планета со своей орбитой. Можно остаться в пределах одной избранной песни и любить только её. А можно попробовать взглянуть на всю вселенную целиком – и увидеть единую тему, связавшую все песни в одно.

    Сюжеты и расположение песен в альбоме создают траекторию пути, по которому слушатель следует за автором (создателем, исполнителем, музыкантами). И этот путь – не линеен, не прям. Он – не из пункта А в пункт Б. Образы и мотивы заворачиваются в спираль, в подобие раковины. Песенная история движется кругами – как лабиринт (а ведь у Сургановой «мир – лабиринт», как мы помним). В природе раковина в своих спиралевидных изгибах скрывает и выращивает жемчужину… И меня восхищает, что альбом получился таким многослойным. Его можно слушать просто как собрание песен, отзываясь на ритмы и звучание, проникаясь вокалом и интонациями, партиями инструментов, поэтическими образами… Или же устремиться сразу к центру, к той потаённой жемчужине, которой для меня стала «философия» альбома. В сердцевине – глубинный опыт, который ты можешь разделить с создателем – или даже множеством создателей, принявших участие в этой работе… Но его стержнем стала именно Светлана.

    Начинается всё с финала отношений, с разлуки, утраты – и одновременно с надежды.

    «Отпускаю медленно тебя…
    Улетела стая в небо,
    Убежала радость от меня».

    Через всю песню – перечень утрат и неудач, казалось бы. Но сквозь них пробивает возможность нового полёта, сброшенного груза и освобождения… А значит – и возможность обновления уходящего человека. Тот, кто теряет, становится источником силы, заклиная:

    «Отпусти себя –
    Уже никто не держит!
    Обниму тебя на путь безбрежный».

    Вдохновляет и себя, и другого. Пока вдыхаешь силы в другого – освобождаешься и сам.

    Обретение через утрату, прощание с прошлым ради обновления, открытие возможностей, спрятанных в разрыве, проход через «смерть» ради нового рождения, – этот сюжет пронизывает и собирает воедино все песни альбома. В каждой песне эта история раскрывается по-новому, проводит слушателя по всей лестнице чувств и состояний: от надежды – до полного отчаяния, от влюблённости и обожания – до развенчания и скепсиса, от веры – к неверию, – и обратно…

    Разлука и встреча, отчуждение и взаимность соединяются в каждой песне. Противоположные «полюса» искрят повсюду. «Ты прости, что с тобой меня не было…» – очень зрелая история многолетней связи и любви, для которой расстояние ничего не значит. Но она впитала и выразила всю горечь расставаний – и расстояний. Разрыв, в котором уцелела нежность и близость – вопреки разделённости.

    Иногда кажется, что песня и вовсе не об утрате. «Коктейль» – артистичный, маскарадный, игривый. В нём словно соединены разные образы, осколки воспоминаний и ситуаций, разные героини… Этот микс скорее волнует и будоражит, чем печалит. Но здесь тоже видна тема «противоположных» полюсов, притяжения и отталкивания… Полюсов, раздирающих не судьбу, а самого человека. Так он становится для других и благословением, и проклятием. Образ вращается, разворачивается словно зеркало. В отражении можно увидеть других, а можно – себя, свою способность быть для кого-то «проклятием», «бедой на голову», и тут же – радостью.

    Но «Ржавый ангел» всё переключает в иной регистр. Страна, отчизна, небо, вечно падающий снег… Ты вдруг от близкого плана изображения, как в кинематографе, возносишься сразу в небеса, взлетаешь над городом, чтобы увидеть всю свою жизнь, всю судьбу – как целое, как единый узор. А на таком уровне взгляда и восприятия человек остаётся один, выпадает из пространства и близкого круга, отстранён от живущих сиюминутными заботами, бытовой суетой.

    И «Ливень осенний» звучит уже из нового состояния – из глубины человека, окружённого одиночеством, опутанного им, как струями дождя. Однако сам дождь и его ритмы – это живая музыка, музыкальная стихия… Он вторит сомнениям и жалобам, откликается на них, рождает пространство, которое становится прибежищем и утешением. Музыка как прибежище, как главный собеседник, – вот что открывает «Ливень».

    И уже не удивляешься взлёту вдохновения, когда из печального одиночества тебя вбрасывают в песню «Волчица». Энергия новой встречи, надежды и ожидания – «может случиться, а может и…» – разгоняется. Это уже не полёт в небеса, а вполне земной полёт через пространство – навстречу любви и близости. Но… Противоположный «полюс» – то, что следует после «но» – пульсирует в каждой песне альбома. Определяет энергию вращения по спирали. Встреча – но потом разлука, день – но вскоре ночь, надежда – но будет разочарование, – и наоборот. Каждый раз планета выходит заново на прежнюю орбиту. Новый виток – неизбежен… Вселенная ритмична, и её пульсирующий ритм, чередование ночи и дня не прервать ради жажды покоя. Хотя…

    Дивная «Акварель», её ностальгическая мелодия, аранжировка в духе ретро, переносит в «оттепель» 1960-х. Саму песню – хоть сейчас в фильм В.Тодоровского. Ну, или в любой хороший фильм об «оттепели» – так живо воскресают в ней то время и атмосфера. Но мне расслабляющая красота этой песни напоминает морской прибой. Волны плавно накатывают, скользят по берегу и возвращаются в глубину моря… и снова… и снова… Как сама жизнь. Как сюжет тех бесчисленных встреч и разлук, которыми жизнь пронизана. И, как поётся в знаменитом романсе про уходящее солнце, – «мне немного взгрустнулось, без тоски, без печали»… Пожалуй, только в волнах прибоя и открывается безмятежность.

    Ещё немного – и вместе с «Акварелью» можно будет растаять как снег, уйти с водою в землю… Раствориться в мерцающих волнах, в цикличности природных вращений, в чередованиях ритмов… Но врывается «Перрон». И вместе с ним в альбоме проявляется Путь, направленность, единый центр. Мишень, в которую пущена стрела… Перрон – это «снайперский» выстрел, потрясающе точный. Сам образ перрона связывает расставания и встречи, начала и концы, приходы и уходы. Это универсальная точка пересечения всех дорог – причём в противоположных направлениях. Он – и «точка сборки» разбегающихся путей, и место «перезагрузки». Ударные в этой песне напоминают сразу и стук колёс («Перрон» же), и стук сердца, и внезапный, но настойчивый стук в дверь – перекраивающий судьбу.

    В композиции альбома эта песня – центр, сердцевина, «гвоздь», на который повешена вся картина, всё песенное полотно. Вокруг него всё вращается. И дело даже не в драйве. Хотя, конечно, «Перрон» выстреливает драйвом, азартом, энергетикой. Отбрасывает к песенным корням, напоминая о Высоцком и о самой традиции шансона, такой значимой для русского песенного мира.

    Можно поиграть в игру – представить, с каким алкогольным напитком ассоциируется та или иная песня из альбома «Всё будет». Бар полон – и там легко найти для себя многое: от сладкого ликёра или коньяка до сухого с мартини. Но конкретно «Перрон» напоминает мне известный эпизод из булгаковского романа, диалог Маргариты с Бегемотом:

    « – Это водка? – слабо спросила Маргарита.
    Кот подпрыгнул на стуле от обиды.
    – Помилуйте, королева, – прохрипел он, – разве я позволил бы себе налить даме водки? Это чистый спирт!»

    «Перрон» – это чистый спирт. Но всё-таки дело не только в драйве… Соединить игровую стихию со смертью – для этого нужно пробиться к самым истокам фольклора, к тем истокам низовой, универсальной, народной культуры, которые питают культуру авторскую (как они питали того же Высоцкого и многих поэтов, авторов песен, известных и безымянных). Шекспировский могильщик в «Гамлете» – с его чёрным юмором, пением в могиле и пренебрежительным обращением с черепом бедного Йорика – один из самых известных персонажей в мировой литературе… И чтобы прикоснуться – хотя бы слегка прикоснуться к этой традиции, – нужно выйти за границы личности. Не жалеть себя, маленького и несчастного, а увидеть жизнь из космоса. Или из недр могилы, из-под земли, как у Марины Ивановны:

    «Я тоже была, прохожий.
    Прохожий, остановись…»

    – когда ты способен увидеть жизнь с другого берега. Представить её и глазами умершего, и глазами живущего. Увидеть любимого под землёй – значит и самого себя увидеть мёртвым. И при этом – по-прежнему живущим, чувствующим, сознающим – преодолевающим границы жизни и смерти.

    Как «Ржавый ангел» возносит из драмы конкретных отношений на уровень судьбы, так «Перрон» переключает слушателя на совершенно новый уровень восприятия – вводит в тему перевоплощения, перерождения, инкарнации, единства души во многих телах. Открывает пространство, в котором живые могут разговаривать с умершими и слышать их ответ. Слушатель, наконец, понимает, что в альбоме речь идёт не о встречах и разлуках, а о жизни и смерти. Причем в самом предельном смысле для человека – в попытке прорваться к тому, что ЗА пределами смерти и умирания.

    Глубина, которая распахивается внутри игровой, иронической, шансонной по жанру песни, напрямую соединяет её с большой традицией – фольклорной и поэтической. Никому бы не пришло в голову, говоря о «Перроне», вспомнить Тютчева. Но на смысловом, глубинном уровне связь есть:

    «Она сидела на полу
    И груду писем разбирала,
    И, как остывшую золу,
    Брала их в руки и бросала.

    Брала знакомые листы
    И чудно так на них глядела,
    Как души смотрят с высоты
    На ими брошенное тело…»

    Возможность такого взгляда – «как души смотрят с высоты» – почти недостижима для обычного человека. Хотя для того, кто оказался на грани перехода в иной мир или утратил самое дорогое, этот взгляд становится естественным.

    Под покровом мелодий и аранжировок, поэтических строк (разного уровня качества), в одежде изысканных песен я слышу и различаю колоссальное духовное усилие. Именно оно и делает Свету – «Светланой Сургановой», превращает в явление, такое значимое для других людей, во вдохновителя и мудреца (без претензий на мудрость, просто проявляющего её). Чтобы взглянуть на мир из космоса, увидеть жизнь после смерти, прочувствовать связь души с её разными ипостасями и воплощениями, необходимо именно духовное усилие. Не только яркий талант музыканта, певца, исполнителя, а нечто большее…

    И, конечно, «Колыбель» после «Перрона» контрастно (весь этот альбом живёт контрастами), как лирическая баллада, раскрывает образ «нового рождения». Рождения души – в новую судьбу. Здесь аромат нового дня, рассвета, оживающего сада и птичьего пения создаёт совсем иную перспективу – озарённую надеждой. Прямо назван исток творения, исток самой жизни:

    «Где прижимают боль к судьбе,
    Ребёнка – к сердцу,
    Там Бог качает колыбель
    С младенцем!»

    Но это было бы слишком просто – завершить альбом идиллией, отбросить боль и сомнения, смягчить противоречия. «Ночной полёт» – такая же масштабная песня как «Корабли», она будет жить долго… Потому что вобрала в себя всю драматургию движения к любви, которая превосходит земное и материальное. Путь к любви, обретаемой в глубине утраты – через исход в иное измерение… Как возможность неисчезающей связи и диалога живых – с умершими. Здесь «полюса» искрят и передают предельное электричество. Всё по-настоящему – и утрата, и встреча. Всё собрано в одном моменте, в едином образе. «Ты» перетекает в «мы», но это «мы» несёт не единство, а потенциал взрыва…

    Цветаевская «Подруга» смягчает взрыв – отстраняет живые отношения, переводит их в измерение высокой культуры (и включение французского текста это усиливает, подчёркивает).

    И всё же завершается альбом новой «Колыбелью», в ином исполнении. Как символ, примиряющий и растворяющий конфликты, как исцеляющий образ выбрана именно «Колыбель». Раковина, в чьих завитках созревает жемчужина. Именно колыбель – как образ, как символ – определяет то удивительное ощущение лёгкости, невесомости, воздушности, которое остаётся от альбома. Слушатель, может, и хотел бы затопляющего драйва и чего-то «потяжелее», но рука, качающая колыбель нового альбома, решила иначе.

    А ещё у песен есть эффект – чем больше слушаешь, тем больше раскрывается. С каждым прослушиванием открываешь больше оттенков, смыслов, слоёв. Как в природе: раскрытие цветка, солнечный восход, превращение ручья в реку – всё требует постепенности.

    Сознательно не говорю о музыке, фокусируясь только на смыслах. На мой слух, музыкальная сторона альбома очень богата, соединяет в себе много возможностей – от классической музыки и бессмертной скрипки с фортепьяно – до того же шансона и «советской эстрады». В ней можно купаться, словно в море, выбирая для себя по вкусу глубину погружения. В музыкальном отношении альбом очень щедрый. А его скрытая глубина заканчивается примерно там же, где и глубина моря… Потому что глубже, чем отношения жизни со смертью, мы вряд ли на этой планете что-нибудь встретим.

    Фанни
    Хранитель

    Представляем еще одну рецензию на альбом Светланы!
    Автор — Мария Петрова (https://www.instagram.com/mashacrushed)

    ***
    Выверенный, цельный, сочный по звучанию и мощный на тексты. И голос и музыка едины. Лучший альбом #СиО! И пусть не все тексты Сургановские, но от этого альбом только выиграл. #Сурганова так проживает чужие стихи, как будто это ее жизнь. И безусловно альбом тотально канонный.

    Альбом — трибьют, посвящение всем тем, кого любит или любила СЯ. Больше нет вопросов куда и зачем идти. Здесь — зачем и кому я нужен. Диалог с теми, кто жив или уже ушел. Здесь ангелы не летают: от Ангел-Ангел! через Ангел седой к Ржавый ангел. Но здесь всё также много неба и любви. А ради чего ещё топтать этот шарик? Только ради любви. А небо и звезды вечны. И финальная бонусная Колыбель, как залог новой жизни, а значит и продолжения. Всё будет!

    Шапито- кмк, это обращение к себе — отпускай себя.

    Ты прости — кто-то здорово подметил: песня признание в любви при этом слово «люблю» ни разу не упомянто.

    Коктейль — лёгкий летний трек, но тот, кто знает, понимает, кому на самом деле посвящено😂

    Ржавый ангел — пронзительная, невероятно красивая. По-моему, песня о предательстве, когда боль настолько невыносимая, что искажается измерение (чуда нет не будет чуда Б-гу все равно). Опустошение , конец всему.

    Ливень Осенний — неожиданно иначе зазвучал в альбоме, гораздо выгоднее, чем синглом.
    Волчица-как поделилась Тюпа: «И легко, и одновременно — точно, чувственно, как стрела, пущенная в цель. Поэтому я слышу там «приветы» ДА. Есть версия, что эта песня посвящение Светлане Голубевой.

    Акварель — чувственное танго, что-то от Астора Пьяццола. Ностальгия по прошлой любви.

    Перрон — уточняла у Фанни- скорее всего это посвящение Наталье Агафоновой. Перрон абсолютно Светин по звучанию и тексту: мощный, шансон и расколбас. Шнур.Сукачёв.Высоцкий. Диалог с ушедшим, как с живым.

    Колыбель — пока не уровне эмоций, настолько накрывает эта песня, до мурашек. Ещё подумаю и допишу позже.

    Ночной полёт — мой фаворит. Столько боли, чувства, страсти. Песня о не сбывшихся надеждах. Крылья бесполезны, их можно только жечь. Скрипичная партия — отдельное украшение. До слез!

    Бонус Подруга — тут всё ясно. Канон! Ох и накрутила Светлана Яковлевна, но очень красиво.

    #всебудет

    в ответ на: Раритеты #13891
    Фанни
    Хранитель

    • Ответ изменён 3 года, 1 месяц назад пользователем Фанни.
    в ответ на: «Лови мои волны…» #13886
    Фанни
    Хранитель

    v_plenu
    Стихи любопытные, спасибо… Такой как бы поэтический фанфик.

    в ответ на: «Лови мои волны…» #13885
    Фанни
    Хранитель

    хотели передать атмосферу квартиры на Кавалергардской или это какой-то собирательный образ тех мест, где они вместе бывали?

    Думаю, это собирательный образ Петербурга… Квартиру на Кавалергардской это совсем не напоминает.

    в ответ на: лето. питер. дворцовая. дк #13884
    Фанни
    Хранитель

    Большое спасибо за отчет!
    Будет увековечен 🙂

    в ответ на: Странные ассоциации #8162
    Фанни
    Хранитель

    Кстати да. что-то есть!

    в ответ на: Раритеты #6080
    Фанни
    Хранитель

    в ответ на: Раритеты #6079
    Фанни
    Хранитель

Просмотр 13 сообщений - с 1 по 13 (из 13 всего)